У истоков подвига

...Старший лейтенант Артюхов приказал трем автоматчикам подползти к вражеской огневой точке и подорвать ее гранатами. Местность перед дзотом была открытая, а гитлеровцы вели прицельный пулеметный огонь — ни один из воинов не смог выполнить поставленную задачу.

Еще трех автоматчиков послал старший лейтенант Артюхов... Матросов (он в этом бою был связным у Артюхова) видел, как от вражеских пуль погиб его друг Андрушенко, тяжело ранены комсомольцы Копылов и Малинкин... Матросов понимал: если дзот не уничтожить, подразделение не прорвется в Чернушки, приказ не будет выполнен...

И вот Матросов обращается к своему командиру:
— Разрешите мне помочь товарищам.
Старший лейтенант Артюхов обнял Матросова, поцеловал его и сказал:
— Разрешаю! Иди!
(И. Шкадаревич. «Подвиг Матросова»).

...Ласковое летнее солнце. Щедрая июльская зелень. И вдруг радостную тишину воскресного дня разрывает траурная мелодия. Медленно склоняется боевое знамя гвардейской части. Застыл воинский строй. Венки... Венки... Венки... В живых цветах утопает пьедестал памятника.

В граните высечены слова:

«ГЕРОИ СОВЕТСКОГО СОЮЗА АЛЕКСАНДР МАТВЕЕВИЧ МАТРОСОВ 1924—1943 гг.»

В торжественной траурной тишине у монумента я думал о тех, кто ласково и требовательно растил поколение бесстрашных, воспитывая в них беспредельную любовь к Родине, испепеляющую ненависть к врагу и неутолимую жажду победы. Я думал о командирах, всегда бывших для солдат примером отвали и мужества. О командире легендарного рядового Александра Матросова Григории Сергеевиче Артюхове.
Воображение рисовало драматическую картину февральского дня 1943 года.

Чернушки. Морозное утро. Свинцовая метель фашистских пулеметов. Штурм амбразуры. Смертельное ранение комбата Афанасьева. Раненный в кисть правой руки, старший лейтенант Артюхов принимает командование батальоном. Последние напутственные слова побледневшего от потери крови офицера своему связному Матросову:
— Разрешаю! Иди!

Кто же он, человек, пославший комсомольца Матросова на штурм вражеского дзота, вдохновивший его на бессмертный подвиг? Я задался целью узнать все об офицере Артюхове. Три года поисков, и жизнь отважного командира восстановлена в мельчайших подробностях. Уроженец Мошковского района, Новосибирской области, Григорий Артюхов рос на Тюменщине, в деревне Покровка.

Школа. Напротив старенький домик. Дружная семья Артюховых. В шутку односельчане звали главу семьи Сергея Кирсановича бригадиром. Четыре сына — Николай, Григорий, Иван и Виктор — гордость родителей. Окончив курсы зоотехников, Григорий заведовал животноводческой фермой колхоза имени Димитрова. Служба в армии на Дальнем Востоке. Вступление в комсомол. Снова — родной колхоз. Война. Военно-пехотное училище. Фронт. Тяжелое ранение. Тыловой госпиталь.

Настоятельное требование военно-врачебной комиссии о снятии лейтенанта Артюхова с военного учета. И — возражение:
— Мне воевать, а не вам. Такие, как я, еще нужны под Сталинградом.

Курсы переподготовки. Калининский фронт. Артюхов — начальник штаба 2-го батальона 91-й отдельной стрелковой бригады. Трудный марш. Станция Земцы. Здесь бригада приняла пополнение из Краснохолмского пехотного училища. Рядовой Матросов назначен связным к Артюхову. Снова 200-километровый марш. Кровопролитные бои под Чернушками...

Май 1943 года. Бригада сибиряков после двухмесячных боев «местного значения» в районе Ляды и Осипова 86 Села, в восьми, километрах севернее Чернушек, вышла в район переформирования. Район формирования 254-го гвардейского полка —в часе ходьбы от, Гжатска.

—Вызвал я к себе Артюхова,— вспоминает бывший командир полка гвардии полковник в отставке Прокопий Прохорович Тарабаев,—и, после долгих с ним препирательств, назначил его помощником начальника штаба полка по тылу. Знал, что здоровье у Григория Сергеевича после ранений неважное, к тому же кисть руки почти бездействует. А он рвался в боевое подразделение.
— Занимайся пока тылом,— успокоил я его на прощание.—
Окрепнешь — пойдешь в батальон.

И Артюхов, с присущей ему энергией, возглавил тыловую работу в штабе, полка, контроль за обеспеченностью подразделений.

Первый стрелковый батальон был дорог Артюхову. Этими людьми он командовал под Чернушками, с ними был в боях под Лядами и Осиновым Селом. В третью роту «почетным солдатом» был зачислен Александр Матросов. В этой роте служили и по-матросовски бились с врагом боевые друзья героя по Краснохолмскому пехотному училищу и очевидцы его подвига сержанты Воробьев, Бардыбаев, Копылов, Малинкин, Кадышев и другие.

В матросовской роте капитан Артюхов был желанным гостем.
Здесь, под Гжатском, его приняли в партию. Здесь, при вручении полку гвардейского Знамени, капитан Артюхов поклялся, не щадя жизни громить врага. И воевал сибиряк геройски.

В начале августа 1943 года войска Западного фронта перешли в наступление. Представляя за эти бои Артюхова к правительственной награде — ордену Красного Знамени, командир полка писал:

«В наступательных боях с 7 по 14 августа за деревни Кошелики, Дворище, Делягино, Жданово, Горки и Зуево-Спас, Деменского района, Смоленской области капитан Артюхов Г. С. бесперебойно обеспечивал подразделения боеприпасами и продуктами питания. Два раза в районе Кошелики, презирая смерть, под сильным огнем танков и артиллерии противника сам лично доставлял боеприпасы в боевые порядки, чем обеспечил отражение пяти контратак противника».

Напряженными были бои за деревню Делягино. Прикрываясь широким противотанковым рвом, немцы в общей сложности бросили на матрооовцев до полутора полков пехоты и свыше тридцати танков. Делягино, а точнее — развалины, 9 августа четыре раза переходило из рук в руки.

Артюхов успевал за день пять-шесть раз побывать в «треугольнике»: тылы полка — штаб — подразделения, доставляя ротам все, что требовал бой.
— В бою как помощник начальника штаба по тылу он был незаменим,— вспоминает Тарабаев.

В середине августа командир полка выполнил обещание— Артюхов принял 2-й стрелковый батальон. К этому времени полк, преодолевая упорное сопротивление противника, первым в составе войск 10-й гвардейской армии перерезал железнодорожную магистраль Спас — Деменск — Смоленск — важную артерию подвоза и эвакуации гитлеровцев, на Смоленском направлении.

Артюхов писал 18 августа в Покровку:

«...Письмо это пишу вам, дорогие папа и мама, после десяти дней горячих боев, которые мы ведем в направлении старинного русского города Смоленска. Через тридцать минут снова идем в бой. А пока, пользуясь маленькой паузой, присел в шалаше под брезентом, устроенном на дне глубокой воронки.
...Велением Родины мы, наступаем. С именем комсомольца Матросова на устах мы прорвали три оборонительных рубежа, заставили немцев бежать, бросать подбитые танки, изуродованные машины, технику и трупы. ...Час расплаты близок. И мы взыщем с фашистов за все: за кровь и слезы, за страдания и разрушения на нашей земле...»

В архиве Министерства обороны СССР в фонде 10-й гвардейской армии хранится документ, лаконично повествующий о последних днях боевой биографии командира легендарного рядового:

«В наступательных боях с 28 августа высокую организованность мужество и дисциплину проявил командир 2-го батальона 254-го гвардейского стрелкового полка гвардии капитан Г. С. Артюхов. Он смело и решительно вел батальон вперед, увлекая бойцов личным примером в стремительные атаки, в ходе которых с боями овладел высотой 234,0 И населенными пунктами Вова и совхозом Теренино. Получив дополнительную задачу от командира 88 корпуса овладеть господствующей над местностью высотой 262,0, капитан Артюхов обходным маневром вывел свой батальон в тыл гитлеровцев и ударом с двух сторон овладел последней. В ходе короткого рукопашного боя было уничтожено до 200 немецких солдат и офицеров, захвачено 34 пленных, 2 автомашины, мотоцикл, 4 орудия и много другого вооружения».

О безудержной храбрости комбата, о его презрении к смерти, об умении увлечь за собой подчиненных из уст в уста передавались легенды, солдаты и офицеры с уважением называли гвардии капитана Артюхова «командиром Саши Матросова».

...Форсировав реку Угру и выбив немцев из деревни
Кувшины, 2-й стрелковый батальон был остановлен противником на заранее подготовленном рубеже. Выбить неприятеля с хода не удалось. Комбат решил овладеть траншеей противника обходным маневром. Подтянув роты, разгоряченный рукопашным боем, Артюхов бросился преследовать отступающих гитлеровцев, и в этом бою, 29 августа, подорвался на мине. С тяжелым ранением в грудь и в голову Артюхова вынесли с поля боя и эвакуировали в калужский госпиталь. Прикованный к госпитальной койке, Артюхов был горд и счастлив, узнав, что Александр Матросов приказом Народного Комиссара Обороны СССР навечно зачислен в списки первой роты, а полку присвоено его имя. 43 дня боролись врачи за жизнь Артюхова. Но слишком тяжелы были раны.
Медсестра Любовь Иванова написала родителям Артюхова взволнованное письмо, где рассказала о последних днях жизни их сына.

Письмо кончалось словами:

«Умирая, Григорий Сергеевич сказал: сестра, передай моим родителям, что их сын отдал все за счастье Отчизны».

Так прожил свои двадцать пять лет коммунист, бесстрашный и талантливый офицер Григорий Артюхов. Венки... Венки... Венки... Командир полка имени Матросова говорит:
Митинг, посвященный передаче на вечное хранение боевых наград гвардии капитана Артюхова Григория Сергеевича, объявляю открытым.

Звучит Гимн Советского Союза. Иван Сергеевич Артюхов вручает наследникам боевых традиций награды брата-героя...

И если тебе, читатель, доведется посетить полк имени Александра Матросова, зайди в комнату боевой славы. В первом зале, направо, на самом видном месте под стеклом витрины ты увидишь целлофановый пакетик с землей, той самой великолукской землей, что пропитана кровью Александра Матросова. А рядом—квадратную бархатную подушечку, цвета Знамени полка, с орденом Отечественной войны 1-й степени и медалью «За отвагу», принадлежавшими тому, кто был последним наставником гвардии рядового Матросова на пути в бессмертие.